«Не здоровые имеют нужду во враче, но больные»

(Евангелие от Марка 2:17 – Мк 2:17).

Многие религиозные люди не считают необходимым прибегать к помощи врачей и психологов, ища помощи только от Бога, но для этого необходима определенная аскеза и полное отдание своей души и тела в руки Божьи. Но в Библии также сказано: «Почитай врача честью по надобности в нем, ибо Господь создал его, и от Вышнего — врачевание, и от царя получает он дар. Господь создал из земли врачевства, и благоразумный человек не будет пренебрегать ими» (Сир.38:1-15). Иногда религиозный человек может прятаться за мнимое смирение и лозунг “на все воля Божия”, в этом случае хочется напомнить слова очень почитаемого и авторитетного святого – преподобного Амвросия Оптинского: “Не презирай врача, ибо и врач от Бога».

Многие верующие считают неприемлемым обращаться к психологу, считая психологию в целом атеистической, а психологов – неверующими. Предлагаю разобраться, насколько эти утверждения могут быть правомерными. Что касается личности психолога, в целом согласна, что она имеет очень большое значение и личностное мировоззрение, взгляды и принципы психолога могут влиять на его профессиональные взгляды и стиль работы. Но в любом случае, в психологическом консультировании и психотерапии есть два очень важных принципа: принцип нейтральности и безоценочности, в основе которых как раз и предполагается не навязывание  своего мировоззрения, а принятие клиента таким, какой он есть.

И психология, и религия помогают человеку справиться с трудными жизненными ситуациями. Психолог может быть верующим, и верующий – психологом. Есть священники, которые активно изучают и используют психологическое знание в своей работе. Есть психологи, которые эффективно используют религиозный опыт и религиозные знания в своей работе. Среди психологов встречаются те, кто практикует какую-либо религию и те, кто предпочитает агностицизм. Поскольку отношение к религии является частью мировоззрения, психолог должен быть внимателен к тому, чтобы исключить воздействие своих как религиозных убеждений, так и атеизма на внутренний мир пациента.

Помимо точек пересечения, общих черт у психологии и религии есть ряд принципиальных различий. Последовательница французского психоаналитика Ж. Лакана, один из крупнейших детских аналитиков Ф. Дольто указывает на параллель, существующую, по ее мнению, между психоаналитическим опытом познания человека и библейской антропологией: «Даже для самого упорного скептика и агностика очевидно удивительное совпадение между тем, что выявляет психоанализ ( на основе опыта, на основе пережитого), и тем, что сказано в Ветхом Завете и в Евангелиях: это динамический строй человека».

Аскетическая монашеская практика, подробно разработанная в Православной традиции, направлена на борьбу не только со злыми поступками, но и с самими греховными помыслами. Эти помыслы рекомендуется пресекать сразу же после их появления (на уровне “прилога”), не вступая с ними ни в какой “диалог”, даже обличительный, так как это опасно тем, что греховная мысль исподволь укрепится в сознании, “пленит” его и доведет-таки до дурного действия. Психоанализ же – наоборот, стремится вывести на свет сознания все бессознательные импульсы, проанализировать их природу и истоки и укрепить тем самым другой “рубеж обороны”: между мыслью и действием. Создается впечатление, что традиционная аскетическая школа работает с психологическими защитами низшего порядка, такими, как отрицание импульса, проекция (источником греховных помыслов считаются бесы); психоаналитическая же терапия стремится к ослаблению влияния этих защит, когда на смену им приходят защиты высшего порядка – вытеснение, сублимация, интеллектуализация. Это делает человека более гибким и адаптированным – но адаптированным для чего? И что мы можем приобрести и что потерять на пути к такой адаптации? Боюсь, что здесь нет универсального ответа, как нет и универсального “пути для всех”…

Конечно, психоаналитический и религиозный взгляды на мир и человека вряд ли возможно стопроцентно совместить и примирить, потому что они все-таки различны в корне, в своих основах. Но, может быть, и здесь здоровым принципом может служить синергия, со-трудничество на пути к исцелению человека, то есть – к обретению им новой целостности и новых целей.

Многие священники и православные психологи отмечают, что вера может приобретать опасную невротическую тенденцию, если отделяет человека от его земных собратьев, от земного общечеловеческого смысла жизни. Поэтому многим верующим, особенно новоначальным, бывает тяжело совместить свою «жизнь в миру» с религиозными убеждениями. И в этой связи очень важно понимать различие взглядов на суть проблемы священником и психотерапевтом. Приведу несколько примеров:

  1. Проблемы взаимоотношений матери с дочерью. Все проявляется через церковные требования: девочка не хочет поститься, ходить в церковь – Священник спросит, как до этого проходила их церковная жизнь. Узнает сколько лет девочке и сообразно с этим поговорит о молитвенном правиле, соответствующему возрасту девочки и посоветует усердно молиться за дочь. Психотерапевт будет разбираться в том, как складываются взаимоотношения, не связанные с церковными требованиями – возможно, в этом отказе скрыты другие проблемы, почему мама настаивает на том, чтобы девочка ходила в храм. Возможно, там есть сепарационные проблемы и матери и дочери.
  2. Женщина после аборта. Прошло полгода, много раз исповедовалась. Не хочет жить, готова что-то с собой сделать. Ходила к психологу, но он неверующий, не помогло – священник будет говорить с ней о грехе детоубийства, объяснить, что нет греха, побеждающего милосердие Божие, привести в пример притчу о блудном сыне, примеры святых, которые покаялись. Психотерапевт будет исследовать, почему она это сделала, какие причины, рассмотрит, что именно она хочет с собой сделать (суицидальные наклонности или что-то еще). Может быть, перенос отношения с мужчинами (недоверие), уныние. Но Бог – это не мужчина. Говорить с ней о переносе чувств с родителей на Бога. Вероятнее всего, у нее примешиваются какие-то другие проблемы. Большая вина, что за ней стоит.
  3. У женщины сложные отношения со свекровью, не может ей возразить, сказать «нет». Много говорит о терпении, но при этом сама очень раздражительна – Священник будет говорить о смысле христианского терпения и о смысле библейской заповеди почитания родителей. Психотерапевт будет исследовать ее проблемы во взаимоотношениях со значимыми другими, с матерью, с другими женщинами, возможный перенос негативных чувств с матери на свекровь, а также семейную обстановку и как проходила ее сепарация.

Отличие заключается в том, что религиозное мировоззрение накладывает определенные рамки на наиболее распространенные ситуации, с которыми человек сталкивается в своей повседневной жизни. Ситуация усложняется тем, что православный человек не может самостоятельно решить свою проблему в силу того, что, как правило, помимо рамок, накладываемых религией, он ставит себе дополнительные ограничения. Это, в свою очередь, вызвано тем, что человек, не до конца понимая сущность религии, впервые сталкивается с новыми  смысловыми понятиями и категориями. Психотерапевту, столкнувшись с клиентом с подобным запросом, разграничивает психологическую сферу деятельности, от религиозной. Православный психотерапевт грамотно разделяет и корректно доносит, что в таких-то его проблемах ему надо обратиться к священнику, и непосредственно работает над психологическими проблемами.

В заключении хочется отметить, что в ходе психотерапевтической работы с верующими, внимательное прояснение религиозных чувств и мыслей приводят к изменению репрезентации родительских объектов, осознания пациентом себя, помогает совместить репрезентацию Бога и представления о себе. Одним из следствий этого может стать модификация репрезентации Бога, некоторые характеристики которой исходили из первичных объектов. Эти важные перемены тихо и незаметно, а иногда и явно приводят пациента к сознательной вере, к более качественному уровню проживания своей земной жизни, к улучшению взаимоотношений во всех сферах, и как следствие появляется ощущение благодушия и осознанная благодарность  близким и Богу.